118 лет со дня рождения И.К. Кикоина

Незадолго до выпуска юноша прочитал в газете статью Абрама Иоффе о том, что в Ленинградском политехническом институте создан физико-механический факультет для подготовки инженеров-физиков. Исаак твердо решил пойти туда, но в вузы принимали с 17 лет, и он поступил в Псковское землемерное училище, сразу на третий курс.

Прошло два года, Кикоин получил диплом землемера с блестящими оценками и вернулся к прежней цели — Политеху. «В те времена поступающие в московские и ленинградские вузы сдавали экзамены в своих областных городах, — вспоминал он. — Для Псковской губернии на выбранный мной факультет было выделено два места, желающих поступить было несколько десятков человек. Экзамены я сдал «весьма удовлетворительно», по-теперешнему на пять. Председатель комиссии поздравляет: «Все в порядке. Можете ехать в Ленинград. Вы зачислены». К началу учебного года я приезжаю в Ленинград. Прихожу на свой факультет и читаю списки принятых студентов. Моей фамилии нет! В канцелярии мне заявили: «Вы не приняты, потому что не явились на экзамены». Выручила меня симпатичная девушка — технический секретарь приемной комиссии. Она посоветовала написать заявление о разрешении повторно сдать приемные экзамены. Я такое заявление написал. Она сама отнесла его и через некоторое время вернула с положительной резолюцией. Посмотрев на меня, она с сомнением спросила, действительно ли я смогу сдать в течение оставшихся нескольких часов все экзамены — их было пять! Я прямиком отправился в первую из указанных аудиторий. Там шел экзамен по математике. За столом сидел солидный мужчина в морской форме. Он наугад раскрыл задачник и предложил решить два квадратных уравнения с двумя неизвестными. Я посмотрел задачу и тут же, не решая, сказал ему ответ. Он спросил, как я так быстро решил задачу. Я ему ответил, что задача простая и решается в уме. Должен сознаться, что это была неправда. Дело объяснялось тем, что у меня хорошая память, а все задачки из этого учебника я давно перерешал и помнил ответы. Тогда профессор предложил другую задачу — три квадратных уравнения с тремя неизвестными. Я снова дал ему ответы, сказав, что такая задача легко решается в уме. Это, конечно, тоже было неправдой. Тогда он, закрыв задачник, предложил мне вычислить логарифм числа, что я и сделал успешно нормальным путем. Задав мне несколько устных вопросов по геометрии, на которые я дал правильные ответы, он поставил мне оценку «ВУ» (весьма удовлетворительно).

Экзамен по математике продолжался минут пятнадцать. Оттуда я бегом отправился в аудиторию, где проходил экзамен по физике. Этот экзамен занял 15–20 минут, и я получил также оценку «ВУ». Экзамены по химии и политграмоте прошли так же успешно. Остался последний экзамен по литературе. Темы были по произведениям, которые я либо не читал, либо плохо помнил. Спасительной оказалась последняя тема, седьмая по счету, — «Типы крестьян по сочинению Гоголя «Мертвые души». Произведения Гоголя я любил, много раз перечитывал и интересовался всем, что было написано о самом Гоголе и его творчестве. Назавтра я был зачислен студентом физико-механического факультета Политехнического института. Много лет спустя мой учитель академик Абрам Иоффе, будучи у меня дома в гостях, уже в Москве, рассказал моим домашним, что когда-то ему, декану, все уши прожужжали о том, что на его факультете появился студент, который в течение одного дня сдал все вступительные экзамены, и при этом «весьма удовлетворительно». Так начались самые счастливые дни моей юности».

Уже в 1932-ом Кикоин был принят ассистентами в одной из лабораторий Ленинградского физико-технического института по рекомендации своего учителя, «отца советской физики», Абрама Фёдоровича Иоффе.

Первая научная публикация Исаака вышла в 1929 году, пока он ещё был студентом. Первое же самостоятельное исследование касалось магнитных свойств комплексных солей платины. В начале 30-ых, до прихода в Германии к власти нацистов, Кикоина направляют на три месяца в Германию и Голландию для стажировки в ведущих физических лабораториях Европы. Так что молодому учёному повезло: он успел потрудиться в лаборатории самого Отто Штерна!

Вернувшись на Родину, Исаак Константинович занялся вопросами прикладного использования электрических и магнитных свойств металлов, получив назначение: начальник отдела электрических явлений в ЛФТИ. Эксперименты, проведённые Кикоиным, подтвердили ранее спорные положения квантовой теории электропроводности металлов. Потом отдел приступил к изучению явления сверхпроводимости и взялся за исследование свойств полупроводников. В 1933 году Исаак уже доцент и курирует дипломника, совместно с которым открывает фотомагнитоэлектрический эффект в полупроводниках, получившим название в честь обоих: «эффект Кикоина — Носкова». В 1935-ом учёный, защитив диссертацию, становится доктором физико-математических наук и начинает читать курс лекций на механико-математическом факультете Ленинградского университета.

Совет Министров СССР 23 августа 1963 года принял Постановление №903 об организации специализированных школ-интернатов физико-математического и химико-биологического профиля при Московском, Новосибирском, Ленинградском и Киевском государственных университетах. Постановление было подписано на основании ходатайства трех академиков: президента АН СССР М.В. Келдыша, ректора МГУ И.Г. Петровского и зам. руководителя атомного проекта И.К. Кикоина, а также при поддержке четырёх министров оборонного комплекса, министра просвещения и министра высшего образования.

В школе помнят и чтят основателя школы и великого ученого. Усилиями музея СУНЦ и выпускников разных лет в 2024 году изготовлен и установлен бюст академика со стендами о его деятельности. Фото на заставке — бюст И.К. Кикоина. Скульптор П.П. Миллер (гипс, бронза)