skip to Main Content

Благодарная память деревни Черниговки

Нынешним летом моя малая Родина деревня Черниговка Иланского района отметит своеобразный юбилей – 95 лет со дня своего основания. Появилась она как выдел из Далайской сельской общины. Крестьяне обустраивались на новом месте поближе к своим полям. Почти все они являлись переселенцами из Украины, в частности села Костобобров Черниговской губернии.

Как известно вначале, Сибирь, в основном, заселяли три категории: челдоны – первопоселенцы, прибывшие сразу вслед за казаками; поселенцы – сосланные на вечное поселение, и, так называемые, самоходы – переселившиеся из-за безземелья по реформе Столыпина из Европейской части, как её звали черниговцы, «Рассеи». Это была первая волна. Вторая волна прибыла в Черниговку в 1937–38 гг. Костобобров, наряду с косвенным участием в основании Черниговки вошёл ещё в историю как родина Президента Украины Леонида Кучмы, который, по моему убеждению, поставил свой пограничный столб между нашими странами, написав книгу «Украина не Россия».

Черниговцы были трудолюбивы и мастеровиты. Согласно похозяйственной книге Далайского сельсовета за 1940–41 гг. в деревне имелось 57 дворов, где проживало 303 человека, из которых более сотни представляли подростки и дети от 16 лет и младше. Это так называемый стратегический потенциал Черниговки. Сельчане, пережив непростой период — Краснохлеборобовскую коммуну, грабительские хлебозаготовки, сплошной во всём новодел — сумели к 1941 году сформировать и обустроить один из лучших в Иланском районе колхоз «Пахарь». В 1938 году по результатам урожая, «Пахарь» стал заслуженным участником Всесоюзной сельскохозяйственной выставки (ныне ВДНХ) и был занесён в книгу Почёта. Черниговка жила самодостаточной, полнокровной, созидательной, трудовой жизнью.

Свои коррективы в будущие планы, как и для всего Советского Союза, привнесла Великая Отечественная война. О ней много сказано, написано, пересказано. Нет семьи в нашей великой стране, которую бы не накрыла она своим тёмным трагическим крылом. Черниговцы вместе со всеми встали в единый строй борьбы с фашизмом. Победу ковали все – одни на огневых рубежах, другие тоже на фронте – трудовом. Всего за годы войны Черниговка отправила на фронт 62 человека. Основная часть была призвана в первые месяцы 1941 г., остальные по мере возмужания. Также ряд колхозников, не подлежащие мобилизации по возрасту, были задействованы военкоматом для нестроевой службы, в так называемой труд армии, на хозяйственных оборонных работах.

Воевали целыми семьями. Так получилось, что дорогу из Костобоброва в Сибирь проложил мой дед Маз Алексей Алексеевич. По его следам переселились с семьями его братья – Андрон и Федот. В деревне это была самая большая по численности родовая община. На начало войны 41 черниговец носил такую запоминающуюся и довольно редкую фамилию. На обелиске, посвящённом участникам Великой Отечественной войны, установленном в деревне Далай стараниями сельского совета и общественности, фамилия МАЗ повторяется 15 раз. Четыре принадлежат сыновьям моего родного дяди Гавриила Алексеевича.

Маз Павел – лётчик-истребитель. Войну встретил в г. Белостоке  с момента её начала. Под огневым налётом фашистов сумел буквально в нижнем белье, прихватив с собой своего механика, вылететь на запасной аэродром. Затем воевал под Москвой, перегонял американские самолёты с Чукотки, боролся с воздушных боев с «Мессершмиттами». С 1942 года считается без вести пропавшим. Такая же участь, остаться в благодарной памяти без вести пропавшим, постигла и его брата Василия, лейтенанта, командира батареи. Третий брат Михаил был призван 24 июня 1941 года, Победу встретил в столице Австрии Вене. В звании старшего лейтенанта командовал батареей прорыва резерва Верховного главного командования. Всегда находился на острие наступательных операций. Имел два ранения. Награждён двумя орденами Красной Звезды и тремя орденами Великой Отечественной войны. Четвёртый брат Владимир, будучи призван в послевоенные годы, проходил службу вместе с двоюродным братом Алексеем Ивановичем  в войсках НКВД. Участвовал в борьбе с бандитизмом, пособниками фашистов националистами. Им обоим присвоен статус участников Великой Отечественной войны.

Семь фронтовиков носили фамилию Макиенко, четверо из них из семьи Якова Тимофеевича – первого бригадира колхоза «Пахарь». Сын Тимофей вернулся с победой, а вот его братья Григорий, Иов и сын Пётр пали в огненных боях войны. Макиенко Михаил Захарович, только что закончив срочную службу в Красной Армии, ушел сразу на фронт, где с первого до последнего дня войны служил фронтовым шофером. «Мы вели машины, объезжая мины по путям-дорогам фронтовым…» После демобилизации насколько хватило сил работал в автохозяйстве колхоза.

Ушли на фронт Андросенко Илья Семёнович с братом Григорием, его зятья Чапля Василий Захарович с сыном Афанасием, Пунтус Василий Петрович женатые на его сёстрах Евдокии и Параскеве. Взяли в руки оружие братья Исаковы Андрей, Семён и Михаил Родионовичи. Все пали геройской смертью.

Вместе с отцом Борисевичем Сергеем Захаровичем, призванным из-за возраста в трудармию, ушли на фронт три его сына Павел, Пётр и Иван. Первые два погибли, исполняя воинский долг. Иван, в звании лейтенанта, командовал пулемётным взводом в 84–й гвардейской стрелковой дивизии на первом Прибалтийском фронте. Был трижды ранен, награждён орденом Красной Звезды.

В семье Царёва Алексея Александровича воспитывался сирота Куковский Василий Никитьевич. По возрасту он не подлежал мобилизации. Самовольно добавил себе год и ушёл на фронт добровольцем.

В 1990 году в газете «Правда» опубликовались сведения о фронтовиках, не получивших свои награды. Мой отец Григорий Трофимович сумел опознать Василия, который за боевой подвиг был посмертно награждён Орденом боевого Красного Знамени. Судя по срокам награждения, мы предположили, что это событие могло быть на Курской дуге.

Все понимали и осознавали великую ответственность за судьбу страны. Мой родной дядя Маз Трофим Алексеевич 1893 года рождения не подлежал призыву по возрасту, однако вступил добровольцем  в формировавшуюся в крае 78–ю Добровольческую бригаду. Воевал на Ленинградском фронте. Награждён пятью медалями. Старший сержант. Всё почти как в фильме «Отец солдата».

Уходя на фронт, мои земляки оставляли все труды, хозяйственные  и личные, на плечи своих жён, престарелых родителей и подростков. Я упоминал, что в 1941 году согласно подворовой описи в Черниговке проживало 103 подростка от 16 лет и младше, семьи были большие. Пеньковы – сам Ефим, глава семьи, первый председатель колхоза «Пахарь» был безвинно репрессирован, впоследствии посмертно реабилитирован. В семье проживали его жена и восемь детей. Младшей дочери Тамаре на начало войны исполнилось три года. Брат Николай ушёл  на фронт. В семье были две работоспособные сестры, престарелая мать  и шестеро подрастающих детей. Чех Иван Данилович оставил жену и шестеро детей. Старшей Марии исполнилось 14, младшему Николаю 2 годика. Такие примеры далеко не единичны. Сегодня много пишут, делятся воспоминаниями, снимают кино о подростках, ставших токарями, слесарями, чернорабочими на производстве, получившими Государственные награды. Это, бесспорно, заслуживает уважения и доброй памяти. Но по моему глубокому убеждению сельский труд в годы войны не нашёл достойного отражения в нашем общественном сознании.

В колхозе по началу войны работали от МТС три маломощных трактора. Две единственные автомашины были мобилизованы на фронт, как и часть наиболее сильных лошадей. Электричество появилось только в 1949 году. Весь объём крестьянской работы понесли женщины, подростки и старики. Подростки освоили сеялки, жатки, молотилки, трактора. Штурвалы и фрикционы взяли  в руки вчерашние мальчики Андросенко Михаил и Поздняков Михаил, Маз Владимир и Маз Алексей. Не отставали от них и девушки – Батура Мария, Шейбак Александра, Маз Зинаида, Чех Мария. Батура Константин заменил деревенского кузнеца. Почти все колхозные заботы, от посева до засыпки семян, производились на лошадях и вручную.

Сегодня, перефразируя В. Маяковского, «Из леты выплыли названья слов таких как…» жатка, лобогрейка, коса с грабками. Всё это употреблялись для скашивания созревших злаков, вслед за ними шли женщины и вязали снопы, складывая в суслоны. Жали и серпами. В ночь, после дневной изнурительной работы, суслоны складывали в скирды (скирдовали) чтобы уберечь зерно от непогоды. Затем ставили молотилку, опять же не обходилось без рук стариков и подростков. Красноярские комбайны единично появились только в 1944 году. Женщины и подростки обрабатывали поля, пахали, сеяли, жали, скирдовали и молотили зерно, крутили вручную клейтоны, вершили сенокос, обрабатывали колхозный скот, доили даже овец. Вместе с этим, колхоз по разнарядке из района направлял людей на государственные лесозаготовки и снегоборьбу на железнодорожных путях.

Мой отец, Григорий Трофимович в эти годы возглавлял колхоз, был председателем. Впоследствии в своих мемуарах он писал: «Когда сейчас я вспоминаю тяжёлые трудные годы войны, кажется невероятным, что человек мог вынести такое, особенно женщины, подростки, дети. Трудились, не жалея себя дни и ночи, отдавали не только свои труды, но и всё, что только можно, вязали варежки, шили кисеты, сушили картошку, лук, сухари, отдавали до единой овчины, вносили последние деньги до копейки чтобы скорей пришла Победа. И когда только они успевали, дорогие женщины. Не слышал я ни от одной из них хоть маленького роптания, жалобы, что трудно, тяжело, устали, не можем больше – не было таких».

Данная краткая характеристика отражает общественную атмосферу Черниговки в эти годы. Отец писал: «Рабочие получали паёк по карточкам, у колхозников этого не было. Хлеб весь сдавали государству, оставляли только на семена из расчёта 150 килограмм на гектар посева. Сами оставались без куска хлеба, собирали весной кое–где оставшуюся на поле сухую картошку, копали саранки, ели крапиву, лебеду, работали и не жаловались». Да и требования, и контроль были высокие.

Весна 1943 года была сырой и затяжной. Голодной. Из-за дождей приходилось сеять вручную, требовали сроки. Отец своим решением разрешил и поручил размолоть 150 кг зерна и отправить муку на полевой стан печь калачи для работающих на севе. Уполномоченный от госорганов сообщил об этом в райком. Разбиралась специальная комиссия. Только единодушие колхозников в поддержке председателя и отсутствие злоупотребления уберегли моего отца от судебного преследования.

По-разному складывались фронтовые биографии и судьбы моих земляков. Но все они без исключения достойно представляли в пламени войны нашу Черниговку. Из 64 воевавших на фронтах 33 — половина призванных — геройски погибли в боях за Родину. Многих из них связывала фронтовая дружба от первого до последнего дня. Ивченко Надежда Семёновна (ныне Валентова) вспоминала: «После демобилизации к нам пришёл Волынский Фома Никитич, подарил маме трофейный будильник. Рассказал, как они воевали вместе с папой. Были в одном бою где папа погиб. Он, дядя Фома, его лично проводил до братской могилы». Отец вспоминал: «Через некоторое время, после победы, стали возвращаться с фронта солдаты, но пришло их мало, и они были слабы, с плохим здоровьем, некоторые покалеченные. Но все они, несмотря на свою слабость, сразу же приступили к работе в колхозе».

Я современник черниговских фронтовиков. Со всеми я общался в различных ситуациях, летом работал на сенокосе. Признаюсь, я никогда не слышал (и зря не спрашивал) об их боевых делах. А рассказать они могли многое. За какой подвиг Карп Кондратьич Смоляров был награжден Орденом Красной Звезды? Как мой дядя Трофим воевал на Ленинградском фронте и переносил блокаду? За какие заслуги Федор Иванович Комогоров, простой колхозник, получил офицерское звание лейтенант? Как мой учитель Иван Сергеевич Борисевич, будучи трижды раненым, всегда после излечения возвращался в свой гвардейский полк? Как Федор Николаевич Маз трижды совершал неудавшиеся побеги из фашистского плена и в конечном счете до конца войны был заперт в германских угольных шахтах? Почему мой двоюродный брат Маз Михаил Гаврилович никогда не показывал грамоты, где ему лично объявляются благодарности от самого Верховного главнокомандующего Сталина, не одевал и не носил свои боевые ордена? Объяснения я нахожу в том, что это были скромные люди, осознающие свой долг, не кичащиеся своими заслугами. Жили по принципу: «Все воевали, и я воевал, как мог».

Сегодня мы склоняем голову перед обелиском с фамилиями фронтовиков, вспоминаем их подвиги, поминаем по-христиански тех, кто навсегда остался на полях сражений и одновременно отдаём дань уважения безмерному труду наших земляков на колхозных полях. Эта память навсегда благодарна!

Лев Григорьевич Поздняков, ныне пенсионер МВД РФ

 

 

СПРАВКА

Автор: Поздняков Лев Григорьевич, 1943 года рождения, Красноярский край. Трудовую деятельность начал в 1960 году на предприятиях Красноярска. Службу в Советской Армии проходил в 47-й дивизии РВСН. Работал комиссаром краевого студенческого отряда в 1970-74 годах. Избирался секретарём комитетов ВЛКСМ завода Синтетического каучука, Красноярского государственного университета, Ленинского райкома комсомола города Красноярска. Работал в аппарате Красноярского горкома КПСС. Проходил службу в органах внутренних дел в должностях: начальника отдела УВД Красноярского горисполкома, начальника учебного центра МВД, зам. начальника управления кадров Управления МВД по Красноярскому краю. В 2007-2014 гг. избирался заместителем председателя краевого Совета ветеранов органов внутренних дел и внутренних войск РФ. В настоящее время пенсионер, проживает в городе Красноярск.